 |
|
Мне показалось, что хрипел он и шипел как-то неестественно, и я заподозрил, что он симулирует. Не скрою, удивился я и тому, что его выбор пал на меня - мы даже не были приятелями...
Нельзя, чтобы пережарилось жаркое! Господин Паран сделал вид, что не слышит. Он пробормотал: — Ладно, ладно. Надо вымыть Жоржу руки, он лепил пирожки из песка...
И в этом жарком лоне завязался Неразрешимый узел жизни: плоть, Пронзенная дыханьем и биеньем. Планета стыла. Жизни разгорались...
Смотрите также:
Виктор Ерофеев. Тревожные уроки Мелкого беса
Полная биография Федора Сологуба
В. В. Абрамов. Не просто учитель..
М. Волошин. Леонид Андреев и Феодор Сологуб
Федор Сологуб (1863 год - 1927 год)
Ольга Ахундова. Анализ стихотворения Фёдора Сологуба
В украшенном цветами и светлыми тканями покое Девы ждали Жениха. Их было десять, они были юны и прекрасны, и были среди них Мудрые девы, и были Неразумные. Вечер отгорел и погас, как погасает в небе каждый вечер. Дыхание темно-синего холода простерлось над землей, и далекие, вечные звезды начали свой медленный хоровод. Девы приготовили все, что надо было для брачного пира, и сели за стол. Одно место среди них было пусто, - то было место для Жениха, которого ждали, но которого еще не было здесь. Десять светильников горели перед Девами. На белой скатерти стола стояли сосуды с вином и хлебы. Тихие голоса беседующих Дев. Черная ночь молчала в саду за окнами украшенного брачного чертога, - а издали доносились откуда-то веселые песни, смех, музыка, шумные восклицания. Там, недалеко от дома, где ждали Девы Жениха, веселились и пировали Девушки, юные Женщины и праздные Молодые люди, - и всем им не было никакого дела ни до Жениха, приходящего во тьме и тайне, ни до невесты, таинственно зажигающей высокий свой светоч. Они, беспечные, плясали, и пели, и смеялись, и славили сладостные очарования буйной жизни. В их песнях говорилось о том, что жизнь дается каждому только один раз, что юность пролетает быстро и что надо торопиться вкусить ее восторги и услады, пока еще кровь горит избытком стремительных сил. Тихо беседовали Девы: - Теперь уже скоро придет Жених. - Да, мы скоро дождемся его. - Как они там шумят! - Как безумны их песни! - Как грубо звучит в ночной тишине их хохот! - Жениху будет неприятен этот шум. - Жених добрый, - он не осудит. - Он уже скоро придет. - Не он ли это вошел в сад? - Не он ли стоит у порога? - Не он ли заглянул к нам в окно? - Не пойти ли нам к нему навстречу? - Нет, в саду пусто и тихо. - У дверей нет никого. - Только черная ночь смотрит к нам в окна. Длилась ночь. Ждали Девы. Беседовали тихо. Все громче и веселей становились голоса пирующих. Жених не приходил. - Его все еще нет, - говорили опечаленные Девы. - Он придет в полночь, - говорили они, утешая себя. - Будем ждать. - Как долго! - Как скучно! - Не надо роптать на Жениха. - Он придет. - Надо ждать, - он утешит нас. - Как долго ждать! Уже и полночь прошла. Стали роптать Неразумные девы. Они говорили: - Мы здесь сидим и ждем, а он забыл о нас. - Может быть, и не придет. - Может быть, он пирует с другими. - Зачем же мы ждем его, глупые? - Как весело там! - Не смешно ли, что мы сидим здесь, за накрытым столом, а сами не пьем и не едим, и не радуемся и ждем Жениха, который не приходит, хотя уже прошли назначенные сроки! - Не пойти ли нам туда, где так весело? - Подождите, - говорили Мудрые девы. - Жених придет. - Он стукнет в дверь, станет на пороге, посмотрит на нас благостными очами, - и тогда начнется у нас веселье, более светлое и радостное, чем то, которому вы завидуете. Но уже не захотели Неразумные девы ждать дальше. Они говорили: - Мы пойдем туда, где весело.
Вы читаете «Мудрые девы», страница 1 (прочитано 0%)
«Из немецкой поэзии», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Переводы из Оскара Уальда», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Поль Верлен. Стихи», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Победа Смерти», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Баранчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Белая собака», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В толпе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Земле земное», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Из Книги сказок», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Красота», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Лелька», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Маленький человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Тем временем:
... — Нет, я приду. — Зачем, Франсуа? Ты еще слишком мало работаешь у господина Магена, чтобы отпрашиваться. Нет, он все равно будет завтра сидеть в вестибюле у справочного окошка, как всякий раз, когда ей делают операцию. — Будь внимателен, когда переходишь улицу. Ты такой рассеянный… Ах, мадмуазель Трюдель, если бы вы знали, какой он рассеянный! На сегодня, похоже, все. К концу Франсуа уже переминался с ноги на ногу; как обычно, весь час он простоял в позе, смахивающей на ту, какую когда то принимал в церкви, держа обеими руками шляпу перед собой. Жермена всякий раз предлагала: — Положи шляпу мне в ноги… Но он не клал: кто то сказал ему, что это приносит несчастье. Нет, он не был суеверен — все получалось чисто машинально. В коридоре гулко разнесся первый звонок, возвещающий, что посетителям осталось ровно пять минут. Жермена торопила: — Ступай, Франсуа, ступай. Сестры не любят, когда родственники сидят до последней минуты. Оба испытывали облегчение. Да, когда он наклонится поцеловать ее в лоб, надо будет поостеречься, чтобы она не почувствовала запаха. Он ведь поклялся ей, что со спиртным покончено. Только стоило ли? Она ведь все равно не поверила. — Держись, Франсуа! Уходя, он догадался улыбнуться м ль Трюдель. По коридору старался идти неторопливо, чтобы не выглядело так, словно он убегает, отбыв неприятную повинность. Его уже не трогали ни больничный запах, ни больные, которыми битком набиты палаты. Как всегда, его мучил вопрос, будет ли еще открыта дверь двадцать седьмой палаты. Как повезет. Он уже уяснил себе, как идти по коридору, чтобы лучше было видно. Это отдельная палата, в ней всегда полно цветов, на лампе розовый абажур. Завернув за угол, он уже знает, открыта дверь или нет: если закрыта, цветы стоят в коридоре у стены. За год Франсуа привык, что женщины в больнице забывают про стыдливость. Но пациентка из двадцать седьмой не такая, как остальные. У нее всего навсего нога в гипсе, которая первое время была подвешена на чем то вроде блока. Молоденькая белокожая блондинка. Время проводит, покуривая сигареты и читая иллюстрированные журналы. Франсуа всего раза два три видел ее лицо: оно все время скрыто журналом. Обычно она лежит откинув одеяло, а здоровую ногу подгибает так, что с определенного места из коридора видны волосы, ну и все прочее...
ресурс Сологуб Федор
