 |
|
рая выигрывает в конкурсе на титул, Мисс Вселенная: их лица были тонко очерчены, с чистыми чертами, несущими несомненный отпечаток мысли, благодаря чему останутся прекрасны даже чере..
- А что теперь? - осведомился Маартен. - Один из них приближается к кораблю. Вероятно, вождь...
Через эту то стеклянную перегородку я впервые и увидел человека, историю которого хочу рассказать. Я не видел, как он вошел, видел только, ч..
Семейный пансионат Гринстоун. Селигер зовет на отдых на новый год в уютные коттеджи.
Другие книги автора:
(Ф. Сологуб в Крестцах)
Некоторые места в России настолько связаны с именами писателей, что являются неотъемлемой частью их жизни, их творчества. Лермонтов и Пятигорск, Л. Толстой и Ясная Поляна, Ф. Достоевский и Старая Русса. Достоевский в романе "Братья Карамазовы" настолько реально описал Старую Руссу и ее обитателей 70-х гг XIX столетия, что это трудно принять за вымысел, и там сейчас водят по городу экскурсии. Крестцы нашли отражение в русской литературе? Видимо, этот вопрос приведет читателя в недоумение, и он решительно скажет "нет". И все же такое изображение в литературе есть, и относится оно к первой половине 80-х гг XIX столетия.
В сентябре 1882 г. ученики Крестецкого городского 3-х классного училища (в нем учились 6 лет) познакомились с новым учителем Тетерниковым Федором Кузьмичем. Он приехал сюда из Петербурга после окончания Учительского института и с первого дня горячо взялся за дело "сеять доброе и разумное". Впрочем, планы и стремления молодого наставника часто встречали непониманием и равнодушием. Многим мещанам, купцам и чиновникам энергия молодого учителя казалась странной и даже подозрительной. Первое впечатление от школы у Федора Кузьмича - это прежде всего исключительная бедность многих подопечных. Некоторые ученики были постоянно голодны, кое-кто из них не мог ходить на уроки из-за отсутствия обуви. Из записок Федора Кузьмича: "Ерушковский - ученик 2 класса бегает из дома босиком в небольшие морозы". Молодой учитель много и плодотворно работает. Обнаружив слабую подготовку учеников, он перестраивает учебный процесс, организует дополнительные занятия, печется о новых учебниках, пишет статьи о своем опыте в журнале "Русский народный учитель". Но и этого ему мало, он интенсивно пишет стихи, рассказы, берется за большой роман...
Так началась в Крестцах трудовая деятельность Ф. К. Тетерникова, который вошел в историю русской литературы под псевдонимом Федора Сологуба.
Многие его крестецкие ученики так до конца жизни, кажется, и не узнали, что Ф.Сологуб и их учитель Ф. Тетерников одно и то же лицо.
Ф. Сологуб (1863-1927) родился в Санкт-Петербурге в бедной семье. Отец портной, рано умер от чахотки, мать, по происхождению крестьянка Ямбургского уезда, работала в прислугах, стремилась дать сыну и дочери Ольге образование. Получив место учителя в Крестцах, Федор Кузьмич привез сюда мать и сестру, обзавелся небольшим хозяйством. Городок был совсем небольшой. Позже он рассказывал, что в Крестцах из каждого дома можно было увидеть поле. В темные вечера крестецкие обыватели ходили по улицам с керосиновыми фонарями, рискуя оставить обувь в непролазной грязи. За редким исключением все мещане, купцы и чиновники городка отличались духовной отсталостью, часто были подвержены пьянству. К крестецкому периоду Ф. Сологуба относятся и первые его публикации. Он много писал стихов, рассылал их по редакциям, но их не печатали. Только в 1884 г. ему удалось опубликовать стихотворение "Лисица и еж" в детском журнале "Весна". Следует сказать, что для детей Ф. Сологуб и позже много писал. Его детские стихи отличались лиризмом и хорошим знанием детской психологии. Уже после мастерство Сологуба росло, его стали печатать чаще, но всеобщая известность пришла к нему только в 1907 г. после выхода его романа "Мелкий бес". По своим литературным взглядам Ф. Сологуб принадлежал к символистам "старшего поколения", в свое время критики и литературоведы ставили его поэзию вместе с А. Блоком, а прозу - с Л. Андреевым и А. Куприным. Высоко ценил творчество Сологуба М. Горький.
Жизнь в Крестцах оказала глубокое, даже определяющее влияние на творчество Ф. Сологуба. В какой-то степени Крестцы и его обитатели нашли отражение в романе "Мелкий бес", где показан учитель Передонов и его окружение. Передонов под пером Сологуба стал символом всего костного, мерзкого в русской провинциальной жизни. Передонова и "передоновщину" как типичное явление использовал даже В. И. Ленин в своих статьях. И все же более точно, в полном смысле биографически, жизнь в Крестцах показана в другой работе писателя. Читая "Тяжелые сны", узнаешь Крестцы, видишь места, где действовали герои, автор описывает улицы, дома обывателей, их занятия, реку (он называет ее не Холова, а Мгла), острог (тюрьму), Летний сад. Последний идет под этим названием и упоминается несколько раз. Ф. Сологуб описывает и объекты, которые сейчас не существуют. Много раз упоминаются оборонительные валы, существовавшие со времен Екатерины II, которые прямоугольником с трех сторон окружали город. Они проходили по рубежу улиц Западной и Южной. В романе (и, надо полагать в действительности) по валам любили гулять крестецкие жители. Ходили они гулять и на реку, но не на Валдайский мост, а на остров, о котором сейчас, конечно, все забыли. Этот остров был довольно большим, и находился он у Еврейского кладбища, отрезанный от города старым руслом реки. На этой старице находился кожевенный завод купцов Мосягиных, отсюда произошло и название Заводской улицы.
По фамилии одного из главных героев романа Мотовилова легко узнается предводитель крестецкого уездного дворянства барон В. П. Розенберг и все его семейство. До сих пор в Крестцах против Летнего сада стоит каменных двухэтажный дом Розенбергов. В саду, позади этого дома "под старыми липами", по воле писателя произошло убийство Мотовилова. Другой герой романа - Молин. В жизни это был коллега Ф. Сологуба по училищу - А. П. Григорьев, образ которого близок Передонову. Из-за этого Григорьева Федор Кузьмич и был вынужден покинуть Крестцы в конце лета 1885 г. "Дело Григорьева" (в романе - Молина) подробно описано в "Тяжелых снах". А о действительных событиях мы узнаем из письма Ф. Сологуба В. А. Латышеву. История эта была очень неприятна Федору Кузьмичу, память о ней зачернили другие крестецкие воспоминания писателя. А случилось вот что. Учитель Григорьев А. П. поселился на семейной квартире Тетерниковых, здесь он питался (тогда говорили "имел стол") и пользовался другими бытовыми услугами. В городке об этом человеке ходила слава ловеласа и дамского угодника. В семье Федора Кузьмича была в услужении 14-летняя девочка, которую Григорьев склонил к сожительству. Григорьев был посажен до суда в тюрьму. И тут-то в дело вмешалась общественность - крестецкие дамы, которые стали распространять по городу слухи о невиновности Григорьева. В конце концов "виновными" оказались свидетели, в числе которых оказалась и мать Ф. Сологуба - Татьяна Семеновна. "Дамское общество" через Розенберга В. П. стало шантажировать Федора Кузьмича, а когда тот не поддавался, стало распространять о нем и его семье самые невероятные и грязные сплетни. Таким образом, в глазах крестецких обывателей преступник превратился в пострадавшего героя, а честный принципиальный человек в подонка. Григорьев был выпущен на свободу, дело было прекращено. Это была победа зла. Правда, Григорьева из учителей выгнали, но это произошло уже по распоряжению из Санкт-Петербурга. Ф. Сологуб не мог больше оставаться в Крестцах, он перевелся учителем в г. Великие Луки. Так Крестцы потеряли хорошего педагога, да, видимо, лишились и литературной славы. Федор Кузьмич порвал всякие отношения с Крестцами. Похоже, что он здесь не оставил друзей своего круга. Но ученики, тоже его друзья, оставались. Издалека он за ними следил и по возможности помогал. В одном из писем сохранилась краткая характеристика ученику Овчинникову, который хотел поступать в Учительский институт. В личном литературном архиве Ф. Сологуба (он сохранился и находится в Санкт-Петербурге в "Пушкинском Доме") сохранились записи не менее чем на 200 жителей Крестец. В этих кратких записях (они идут по алфавиту) не только называются фамилии, имена, но кратко говорится о профессии, иногда прозвище, какие-то детали внешнего облика, психологическая характеристика. Эти записи - первоначальный материал, как бы мозаика, из которой писатель позже писал художественный образ своих героев.
Где жил Ф. Сологуб и его семья? Из записей видно, что в Крестцах он поменял 2-3 квартиры. В последний раз жил у Мельниковых. Из его записей: Мельникова - хозяйка последней квартиры, муж ее батрак, младшая дочь - красивая девка, забияка.
Ф. Сологуб не был сторонником большевиков и их преобразований, хотя и врагом коммунизма он тоже не был. Очевидно, поэтому его творчество долгие годы замалчивалось, хотя его книги и не запрещались. Только недавно его стали понемногу переиздавать, исследовать его довольно непростое и противоречивое творчество. Как и Ф. Достоевский, он пользуется интересом на Западе, в его творчестве ищут ответы и понимание "русской души".
Источник:http://www.krestcy.h1.ru/
Тем временем:
... Петра стало так же опасно, как с императором или папой. А его противник Себастьян Кастеллио – одинокий идеалист, во имя свободы человеческой мысли объявивший войну этой и всякой иной духовной тирании, кто он? Поистине муха против слона – против фантастически полновластного Кальвина! Никто, ничто – nemo – в смысле общественного влияния, да к тому же гол как сокол, нищий ученый, которому едва удается прокормить жену и детей с помощью переводов и частных уроков, изгнанник на чужбине, без права на убежище и гражданство, дважды эмигрировавший: как всегда во времена всеобщей одержимости, гуманный человек оказывается в бессилии и полном одиночестве меж сражающихся зелотов. Годами этот великий и скромный гуманист ведет самое убогое существование, обреченный на преследования, бедность, вечно стесненный, но и вечно свободный, не связанный ни с одним лагерем, не присягнувший никому из фанатиков. И только после убийства Сервета, услышав властный голос своей совести, он прерывает мирные занятия, чтобы во имя попранных прав человека обвинить Кальвина, – и тогда это одиночество перерастает в героизм. Ведь Кастеллио не защищен, не окружен тесно сплоченной и четко организованной свитой, как его более привычный к боям противник Кальвин, и ни одна партия, ни католическая, ни протестантская, не оказывает ему поддержки, никакие влиятельные персоны, императоры или короли, не простирают над ним, как некогда над Лютером и Эразмом, свою заботливую десницу, и даже немногие друзья, которые им восхищаются, даже они лишь тайком решаются внушать ему мужество. Опасно ведь, опасно для жизни открыто стать на сторону человека, который бесстрашно поднимает голос в защиту обездоленных и угнетенных, в то время как во всех странах ослепление эпохи мучает и травит еретиков, словно загнанных животных, и который, опираясь на единичный случай, раз и навсегда лишает всех сильных мира сею права преследовать за мировоззрение кого бы то ни было на этом свете! Ведь опасно поддерживать того, кто отваживается сохранить ясность и человечность взгляда в один из тех ужасных моментов помрачения разума, какие время от времени переживают народы, и кто осмеливается назвать все эти благочестивые погромы, совершающиеся якобы во славу господа, их истинным именем: убийство, убийство и еще раз убийство!..
ресурс Сологуб Федор
